Ну не прям всех, сейчас разговор о том, что происходит под моим окном. Елочный базар. С разных сторон дороги два маленьких темных леса срезанных елок и две машины с включенными фарами, которые сторожат «товар».

Я росла на севере, за полярным кругом. Там, в Мурманске, есть один парк в центре, где микроклимат и деревья дорастают до почти нормальных, и там таблички стоят, которые местным объясняют, вот елка, вот береза, а вот клен. Они на самом деле должны так выглядеть, а не так, как рядом с домом: буквально столетия жизни и обычное дерево размером с десятилетнего ребенка. В-общем, сорвать ветку, сорвать цветок, хоть что-то сорвать (кроме грибов и ягод, которых там в изобилии) всегда было почти преступление, и нам всем внушали с детства, вот оно растет, борется, а ты пришел тут такой и просто уничтожил. Сорвал, не подумав, просто так. Так нельзя. Мысль так прочно вошла в сознание многих северных людей, что один мой знакомый по второму классу на юге подрался с ребятами за цветы каштанов. Он впервые увидел, как цветут каштаны, дети их срывали, он бросился цветы защищать. Детство мое прошло без настоящих елок (если не считать елок в ДК и на праздниках). Никакая сила не могла заставить родителей купить несчастное маленькое дерево ради недели радости. Искусственной (и серебристой, чтобы ребенок точно знал, что искусственная) вполне хватало.

Все лето я проводила у бабушки, в Курской области, чернозем, изобилие зелени, роскошный сад. Все растет по понятным правилам: вот цветы, их срезают и ставят в вазы, вот овощи, их сажают, поливают, пропалывают, потом едят, вот сорняки, их надо уничтожать (но только там, где они мешают). Цветы на лугу можно рвать, дрова нужно заготавливать.

В-общем, мое отношение к зеленому миру можно определить как нечто среднее между эко-ответственностью и эко-функциональностью. Я не буду кричать «не трогай цветочек, он тоже жить хочет» и испытывать чувство вины за то, что я люблю есть салат. Главное, держать баланс: сорвал-посади, а то с голоду сдохнешь зимой, и лишнего не брать, а то в следующий раз уже не лишнего, а нужного на привычном месте не окажется.

В Питере я отыгралась за свое голодное на живые елки детство. Этому городу вообще идут елки и зимние праздники, старые квартиры очень прям просят украшенного старинными игрушками дерева (круглый год, но тут бы меня не поняли все). «Щелкунчик», одним словом. У Гофмана, если вчитываться в текст, елка еще совсем другая, не такая богатая, не такая нарядная. Деревья обычно заказывала у питомников, это же разумно, они растят, они и срезают. Для этого и растят. Мимо елочных развалов проходила, закрыв глаза, это темное море жалких общипанных куро-деревьев меньше всего напоминает мне праздник.

Ну карма догнала меня. Теперь аж два базара под окнами новостройки, я и мучительно наблюдаю весь процесс (пока курю на балконе), от грубой разгрузки из грузовика, до мужиков, которые спят по ночам в машинах с включенными фарами до продавцов, которые маются днем. И пока этот товар никому не нужен. И пока мороз — 12, и уже понятно, такая елка обсыпет все иголки еще до праздника. Жалко всех, как я и сказала, мужиков, елки, людей, которые спешат мимо, игнорируя праздник. Себя тоже жалко, но это уже по привычке)))

В моем идеальном мире никто от живых елок не отказывается. Во-первых, это гарантия, что их на плантациях будут растить дальше. Во-вторых, это гарантия, что в мире будет чуть меньше гадкого искусственного пластика. В-третьих, это настоящее, настоящий запах, иголки на паркете, праздник. Но люди каким-то образом всегда умудряются все хорошее превратить во все плохое. Новый год и рождество, например, давно превратились в коммерческий ад демонстративного потребления. Одна рождественская музыка (а я на каждый нг собираю новый лист, и мне нравится весь декабрь время от времени его гонять) в магазинах способна любого сотрудника свести с ума.

Люди скажут, виноват капитализм с его маркетингом и желанием прибыли. Ну общее место, и я бы согласилась даже (я вообще люблю капитализм во всем обвинять), но с елками теория дает сбой. Товар копеечный, с лицензией ее можно практически даром в питомнике срезать. И крайне сезонный, после 31 декабря никто елку не купит вообще. Самое дорогое тут — логистика и сам процесс продажи. То есть, организовать место (что у них там, лицензии?), организовать доставку, подогнать продавцов-охранников и ждать покупателей. Которые абсолютно законно в массе своей не хотят платить за копеечный товар хоть какие-то деньги, а потом еще месяц мучатся с осыпающимся деревом в доме. Проще и дешевле искусственную один раз купить, поставить и забыть про этот чертов праздник.

В-общем, перебегаю к выводам, а то и так пост длинный получился. Лично я считаю, что виновата лень. (В мире у людей всего два глобальных врага, есть у меня такая идея фикс: Голод и Лень, и дщерь их Жадность). Продавцы ленятся подумать и из года в год, веками уже, продают елки почти в минус (это если не только накладные расходы, но и убыток в человеко-часах посчитать, жуткое словечко точно описывает потерю времени жизни напрасно), покупатели ленятся подумать, и покупают/не покупают елки импульсивно. Общество в целом тоже ленится подумать и как-то урегулировать отношение людей и елок, в смысле устоявшийся обычай, так елки продавать, зачем его менять.

В-общем два. Мечтаю, чтобы в следующем году, или через два, или через десять лет, но точно не было бы никаких случайных базаров с ненужным избытком товара. А были бы веб-камеры на плантациях, и специально обученные люди в валенках и ватниках срубали бы бедное, выбранное всей семьей дома на экране, дерево под самый корешок, и в точно назначенное время (скажем, за субботу до праздника) развозили бы все эти елки уже по домам. И чтобы тот же ель-специалист мог бы задержаться и засунуть грамотно елку в елкодержалку, с правильными консервантами в воде, чтобы радость до после праздников достояла. В идеале другая контора после праздников могла бы приехать и кости елки забрать, на переработку или куда еще там надо. Потому что единственный способ бороться с ленью, по личному опыту знаю, — лениться грамотно, использовать все эти капиталистические болезни ради всеобщего (елочного) блага.